Проблематика повести шинель

Повесть «Шинель» Повесть «Шинель» была задумана Гоголем в 1834 г. В черновом виде он читал «Шинель» Пушкину в 1836 г. Сюжет повести возник из канцелярского анекдота о чиновнике, страстном охотнике, который утерял на первой своей охоте ружье, приобретенное неутомимыми трудами и лишениями, и едва не умер от переживаний; сослуживцы собрали ему денег на новое ружьё. События «Шинели» завершаются не столь счастливо, как в анекдоте. Повествование в «Шинели» ведётся от первого лица. Рассказчик со знанием дела описывает жизнь чиновников, среди которых выделяется своей крайней бедностью и ничтожностью Акакий Акакиевич Башмачкин. Он «низенького роста, несколько рябоват, несколько рыжеват, несколько даже на вид подслеповат, с небольшой лысиной на лбу, с морщинами по обеим сторонам щек». Этот мелкий чиновник, переписчик бумаг, служит мишенью для унижений и насмешек сослуживцев, деспотической грубости начальников. В ответ на оскорбления он говорит лишь одно: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете? «И что-то странное заключалось в словах и в голосе, с каким они были произнесены, — пишет Гоголь. Хотя автор не скрывает мягкой иронической усмешки, подчёркивая духовную ограниченность своего героя, но при этом он показывает Башмачкина жертвой жестоких условий действительности. Отупляющая работа переписчика бумаг лишила его привязанностей и развлечений, возможности обрести духовные интересы, превратила в человека-функцию. Приходя домой со службы, Башмачкин думал только: «что-то бог пошлет переписать завтра». С любовью Акакий Акакиевич выводит буквы: наслаждение выражалось на его лице, когда он добирался до букв-фаворитов, он погружался весь в работу, забывая и обиды, причиняемые сослуживцами, и нужду, и даже заботу о личном уюте и о пище. Он ходит в старой шинели, которую уже нельзя починить. Для того чтобы накопить деньги на новую шинель, он соблюдает режим строгой экономии: по вечерам не зажигает свечи, не пьет чай, ходит по улицам «почти на цыпочках», чтобы «не истереть подметок» раньше времени, редко отдает прачке белье, поэтому ходит дома в халате. «Сначала ему было несколько трудно привыкать к таким ограничениям, но потом как-то привыклось и пошло на лад; даже он совершенно приучился голодать по вечерам; но зато он питался духовно, нося в мыслях своих вечную идею будущей шинели», — пишет Гоголь. Мечта его о лучшей жизни воплотилась в шинели, шинель стала мечтой и смыслом жизни главного героя повести. Когда новая шинель Башмачкина была готова, чиновники устраивают вечеринку. Счастливый, Акакий Акакиевич даже не замечает, что они насмехаются над. Этой же ночью происходит катастрофа — грабители отнимают у Башмачкина шинель. «На другой день он явился весь бледный и в старом капоте своем, который сделался еще плачевнее». В полиции никто не захотел даже выслушать пострадавшего, а «значительное лицо», к которому обратился Акакий Акакиевич за помощью, выгнало. Не выдержав страданий, Башмачкин заболел и вскоре умер. В предсмертном бреду Башмачкин оказался способным на протест: он «сквернохульничал, произнося самые страшные слова», следовавшие за словами «ваше превосходительство». «Исчезло и скрылось существо, никем не защищенное, никому не дорогое, ни для кого не интересное. Автор подчеркивает типичность судьбы «маленького человека»: ничего не изменилось в департаменте, место Башмачкина просто занял другой чиновник. После смерти Акакия Акакиевича на улицах Петербурга стал появляться призрак, снимавший шинели с прохожих. Однажды ночью призрак сорвал шинель со «значительного лица», после чего «значительное лицо» стало лучше относиться к людям. Композиционно повествование о жизни Башмачкина можно разделить на две части: «период капота старой шинели » и «период новой шинели». В каждый из этих периодов Акакий Акакиевич предстаёт перед читателем по-разному, мы наблюдаем развитие образа этого героя. «Период капота старой шинели » В начале повести читаем: «Надобно сказать, что шинель Акакия Акакиевича служила тоже предметом насмешек чиновникам; от нее отнимали даже благородное имя шинели и называли ее капотом». Ничто «не имело даже влияния на занятия его; среди всех докук он не делал ни одной ошибки». «Приходя домой, он садился тот же час за стол, хлебал наскоро свои щи и ел кусок говядины с луком… вынимал баночку с чернилами и переписывал бумаги, принесенные на дом». «Акакий Акакиевич не предавался никакому развлечению». «Ни один раз в жизни не обратил он внимания на то, что делается и происходит всякий раз на улице». «Период новой шинели» «Переписывая бумагу, он чуть было даже не сделал ошибки». «Пообедал он весело и после обеда уж ничего не писал, никаких бумаг, а так немножко посибаритствовал на постеле, пока не потемнело». «Он уж никак не мог отказаться от приглашения на вечеринку у столоначальника». «Акакий Акакиевич глядел на все это как на новость… Остановился перед освещенным окошком магазина посмотреть на картину …покачнул головой и усмехнулся». Придя домой в новой шинели, Башмачкин «скинул… и повесил ее бережно на стене… и потом нарочно вытащил, для сравнения, прежний капот свой… и сам даже засмеялся… И долго еще потом… он все усмехался, как только приходило ему на ум положение, в котором находился капот». Как видим, после появления новой шинели у Акакия Акакиевича проявляются человеческие слабости интересы. Шинель становится для него больше чем просто дорогой вещью, на которую ему пришлось собирать деньги около семи месяцев, во всем себе отказывая. Шинель — это не только средство защиты от холода и знак социальной значимости — она становится «подругой жизни», срастается с ним в одно целое: «существование его сделалось как-то полнее, как будто бы он женился, как будто… какая-то приятная подруга жизни согласилась с ним проходить вместе жизненную дорогу, — подруга эта была не кто другая, как та же шинель на толстой вате, на крепкой подкладке без износу». Утратив шинель, Акакий Акакиевич утрачивает и саму жизнь. Таким образом, шинель можно рассматривать в повести как самостоятельный образ, символизирующий и цель, и смысл, и качество жизни главного героя. Григорьев писал по этому поводу: «…вещь, и вещь самая ничтожная, становится для человека источником беспредельной радости и уничтожающего горя, до того, что шинель делается трагическим fatum в жизни существа, созданного по образу и подобию Вечного…». Эта мысль перекликается с идеей некоторых литературоведов о том, что повесть «Шинель» — это история развития страсти, постепенно поработившей всего человека и погубившей. Башмачкин противопоставлен остальным персонажам повести. Большинство из них жестоки к нему, некоторые — просто равнодушны к страданиям маленького человека. Бесчеловечны и грубы издевательства, которым подвергается Башмачкин со стороны сослуживцев, беспочвен и неправеден гнев «значительного лица», которое, получив генеральский чин, тоже превращается в функцию, теряя человечность. Холодом веет со страниц повести, от физического и душевного холода страдает герой. Лишь у одного персонажа появились смутные угрызения совести, жалость к Акакию Акакиевичу: «И долго потом, среди самых веселых минут, представлялся ему низенький чиновник с лысинкою на лбу, с своими проникающими словами: «оставьте меня, зачем вы меня обижаете» — и в этих проникающих словах звенели другие слова: «Я брат твой». И закрывал себя рукою бедный молодой человек, и много раз содрогался он потом на веку своем, видя, как много в человеке бесчеловечья, как много скрыто свирепой грубости в утонченной, образованной светскости, и — боже! Даже в том человеке, которого свет признает благородным и честным…» Так мотив гуманности и сострадания переплетается в повести с обличением «бесчеловечья и грубости», царящих в жизни. Анализ повести будет неполным, если не сказать о присутствующих в ней элементах житийной традиции. Многие места в повести прямо перекликаются с житием св. Акакия В обители …в Азии ибо оттуда пришел сей преподобный … был один старец весьма нерадивой жизни и дерзкого нрава… Не знаю, каким образом приобрел он себе ученика, юношу, именем Акакия, простого нравом, но мудрого смыслом, который столько жестокостей перенес от сего старца, что для многих покажется это невероятным; ибо старец мучил его ежедневно не только укоризнами и ругательствами, но и побоями; терпение же послушника было не безрассудное. Видя, что он, как купленный раб, ежедневно крайне страдает, я часто говаривал ему при встрече с ним: «что, брат Акакий, каково сегодня? » В ответ на это он тотчас показывал мне иногда синее пятно под глазом, иногда уязвленную шею или голову; а как я знал, что он делатель, то говаривал ему: «хорошо, хорошо, потерпи и получишь пользу». Прожив у своего немилостивого старца девять лет, Акакий отошел ко Господу и погребен в усыпальнице отцов. Спустя пять дней после этого наставник его пошел к одному, пребывавшему там, великому старцу, и говорит: «отче, брат Акакий умер». Но старец, услышав это, сказал ему: «поверь мне, старче, я сомневаюсь в этом». «Поди и посмотри»,— отвечал. Немедленно встав, старец приходит в усыпальницу с наставником блаженнаго оного подвижника, и взывает к нему, как бы к живому ибо поистине он был жив и после смертии говорит: «Брат Акакий, умер ли ты? » Сей же благоразумный послушник, оказывая послушание и после смерти, отвечал великому: «отче, как можно умереть делателю послушания? Гоголь создал жанр русской социальной повести с характерным для нее изображением общественных контрастов. Реализм писателя проявился и в жанровых сценах, и в городском уличном пейзаже, и в точных деталях столичной жизни. Автор применяет в «Шинели» сказовую манеру повествования. Он рассказывает историю Акакия Акакиевича, описывая мельчайшие подробности быта и нравов окружающей его среды. «Сказ этот стилизован под особого рода небрежную, наивную болтовню. Точно непроизвольно выскакивают «ненужные» детали: «по правую руку стоял кум, превосходнейший человек, Иван Иванович Ерошкин, служивший столоначальником в сенате, и кума, жена квартального офицера, женщина редких добродетелей, Арина Семеновна Белобрюшкова». Или сказ приобретает характер фамильярного многословия: «Об этом портном, конечно, не следовало бы ничего говорить, но так как уже заведено, чтобы в повести характер всякого лица был совершенно означен, то нечего делать, подавайте нам и Петровича сюда». Комический прием в этом случае состоит в том, что после такого заявления характеристика Петровича исчерпывается указанием на то, что он пьет по всяким праздникам без разбору. То же повторяется и по отношению к его жене: «Так как мы уже заикнулись про жену, то нужно будет и о ней сказать слова два; но, к сожалению, о ней немного было известно, разве только то, что у Петровича есть жена, носит даже чепчик, а не платок: но красотою, как кажется, она не могла похвастаться; по крайней мере, при встрече с нею, одни только гвардейские солдаты заглядывали ей под чепчик, моргнувши усом испустивши какой-то особый голос». Такая манера повествования подчеркивает реальность явлений, их социально-типические признаки. Сказ придает речи сатирический характер. Значительную роль в «Шинели» играют каламбуры, например: «… департамент горных и соляных дел называется департаментом горьких и соленых дел». «Шинель» оказала огромное воздействие на русскую литературу. Современники и следующие поколения писателей и читателей — русских, а позднее и зарубежных из произведений Гоголя «Шинель» получила, вероятно, наибольшую международную известность и по сей день оказывает сильное влияние на зарубежное искусствопоняли значение этой повести очень широко. Ее воздействие определило самый гуманизм русской литературы. Сделалась знаменитой фраза: «Все мы вышли из гоголевской «Шинели». Мочульский в книге «Духовный путь Гоголя» 1934 писал: «В нравственной области Гоголь был гениально одарен; ему было суждено круто повернуть всю русскую литературу от эстетики к религии, сдвинуть ее с пути Пушкина на путь Достоевского.

Так и в "Шинели" Гоголя сильно влияние жития Акакия. И долго еще потом...

добавлено 22 комментария(ев)